Эмоциональная устойчивость как фактор профилактики астении у спортсменов высокого класса

Аннотация Сохранение спортивной формы – залог успешной соревновательной деятельности, что, в свою очередь, должно являться залогом уверенности в своих силах и хорошего самочувствия спортсмена. Оптимизация эмоциональной устойчивости – актуальная задача для любого вида спорта, как гарантия максимальной продуктивности спортсмена. Целью исследования было изучение взаимосвязи уровня тревожности, самооценки здоровья и продуктивности деятельности у студентов спортивного факультета. Можно утверждать, что средний или повышенный уровень ситуативной тревожности по отношению к личностной тревожности в пределах нормы является важным компонентом мобилизации как следствия эмоционального возбуждения, вызванного стрессом. Для профилактики астенических состояний у спортсменов следует развивать их психоэмоциональную устойчивость, которая подразумевает не только противодействие внутренним или внешним воздействиям, но и умение достигать состояния боевой готовности перед стартом, а также снижение эмоционального возбуждения по окончании соревнований. Как свидетельствуют результаты нашего исследования, респонденты, уровень ситуационной тревожности которых оказался ниже личностной, оценивали свое состояние лучше, чем респонденты с повышенной тревожностью. Для разработки методики профилактики развития астении требуются более детальное рассмотрение проблемы и дальнейшие исследования.

Ключевые слова: тревога, астения, психологическая устойчивость, самочувствие.

Введение. В спортивной психологии выделяют понятие «anxiety», или тревожность (беспокойство), которое включает в себя личностную (ЛТ) и ситуативную тревогу (СТ). Под тревожностью понимается эмоциональное состояние, возникающее в ситуациях неопределенной опасности и проявляющееся в ожидании неблагоприятного (неблагополучного) развития событий. Проявления состояния тревожности и эмоционального возбуждения заключаются в общей дезорганизации деятельности, нарушающей ее направленность и продуктивность. Такие психические состояния, как тревожность и эмоциональные возбуждения, не являются идентичными и могут развиваться независимо друг от друга. Спортсмен в состоянии сильного эмоционального возбуждения может практически не испытывать чувства тревоги, однако данное состояние не нарушит деятельности сознания. В процессе многолетних спортивных тренировок основные стрессовые обстоятельства заключаются в постоянной необходимости достижения высоких результатов [4]. В тесной связи с понятием «anxiety» находится термин «психологическая устойчивость» (надежность). Под последним подразумевается не только способность спортсмена противостоять соревновательным стрессам (проявление СТ), но и способность к мобилизации психосоматических резервов организма. Чем выше соревновательный опыт спортсмена, чем чаще он преодолевал свой страх, тем адекватнее его поведение в экстремальных ситуациях и надежнее процесс мобилизации. У каждого спортсмена свой уровень психологической устойчивости, в связи с чем он может по-разному вести себя в различных ситуациях в зависимости от внешних или внутренних факторов. При преобладании СТ над ЛТ и негативном развитии реакции на стресс возможны предстартовая апатия или астенические состояния [4].

Астения – «отсутствие силы», «бессилие» (с греч. – состояние истощения или потери активности и способности продолжать какую-либо деятельность, аномальная, спонтанная вялость, возникающая без нагрузки, долго продолжающаяся и не проходящая после отдыха. Затяжной характер этого патологического состояния осложняет лечение и делает невозможной нормальную спортивную деятельность больного. Одни из причин возникновения реактивной астении как разновидности этих состояний – повышенная стрессовая ситуация соревнований и нерегулируемый уровень тревоги [3], что приводит к замкнутому кругу: усталость -> снижение результативности -> усиление тренировок -> повышение утомляемости. Реактивная астения не позволяет добиваться цели, ослабляя физические показатели, что нарушает психическое равновесие, индуцируя психические симптомы. В такой ситуации следует воздействовать на физические и психические аспекты с целью сохранения баланса, который позволит спортсмену достичь необходимого уровня результативности [3,5].

Высокий уровень ЛТ приводит к повышенному травматизму в тренировочном и соревновательном процессах как результат сбоя протекающих психических процессов [2]. В то же время спортсмены с низким уровнем СТ и ЛТ, не изменяющимся во время соревнований, показывают результаты хуже, чем спортсмены со средней тревожностью и адекватной динамикой СТ [1]. На уровень психологического напряжения влияет полноценность восстановления физических и психических сил. Таким образом, в соревнованиях успешно выступают те спортсмены, которые умеют скорректировать психическую напряженность до и после соревнований, что важно для сохранения подготовленности и спортивной формы [5].

Сохранение спортивной формы – залог успешной соревновательной деятельности, что, в свою очередь, должно являться залогом уверенности в своих силах и хорошего самочувствия спортсмена. Оптимизация эмоциональной устойчивости – актуальная задача для любого вида спорта как гарантия максимальной продуктивности спортсмена.

Цель исследования: изучить взаимосвязь уровня тревожности, самооценки здоровья и продуктивности деятельности у студентов спортивного факультета.

Объект и методы исследования. Объектом наших исследований стали 25 студенток второго курса факультета физической культуры РГПУ им А. И. Герцена в возрасте от 19 до 20 лет. Критерием включения в исследование стал спортивный разряд от I взрослого до КМС. Критерием исключения стал недопустимый показатель шкалы лжи в опроснике Дж. Тейлора, в адаптации В. Г. Норакидзе. Оценка здоровья, уровня тревожности и продуктивности деятельности включала в себя: опросник «Самочувствие, активность, настроение» (САН), методику измерения уровня тревожности Дж. Тейлора в адаптации В. Г. Норакидзе «Шкала тревожности» (ШТ), шкалу реактивной (ситуативной) и личностной тревожности Спилбергера–Ханина (ШРЛТ) и теппинг-тест (ТТ).

Оценка показателей проводилась в два этапа: На первом этапе исследуемым предлагалось пройти опросники САН, ШТ и ТТ. Основываясь на показателях шкалы лжи, добавленной в методику ШТ В. Г. Норакидзе, произошел отсев одного рецензента, в результате осталось 24. Согласно полученным данным все участники были разделены на 2 группы: группа, в которой уровень тревожности в тесте Тейлора ниже среднеарифметического на массив данных, и группа с результатом выше среднего значения.

Второй этап проводился через неделю, исследуемые проходили опросники САН, ШРЛТ и ТТ.

При первой встрече студенткам было сказано, что активное участие в тестировании гарантирует им допуск к экзамену без сдачи устного зачета (ранее не объявленным профессором), но при выполнении дополнительного условия, которое будет раскрыто на второй встрече (что являлось важным эмоциогенным фактором). Во второй раз исследуемым было объявлено, что условием допуска является положительная разница между суммой точек в ТТ. Сам теппинг-тест использовался не для определения свойств нервной системы по психомоторным показателям, а для оценки продуктивности деятельности в стрессовой ситуации, о чем испытуемым при первой встрече сказано не было. После объявления условий респондентам дали пройти опросники САН и ШРЛТ до выполнения ТТ.

Таблица 1. САН и ШТ

Условные обозначения: критерии tC, tA, tH являются результатом сравнения показателей теста САН с ШТ при p≤0,01 для всех случаев.

Таблица 2. Самочувствие по методике САН

Таблица 3. Активность по методике САН

Накопление, обработка и анализ полученных данных выполнялись математико-статистическими методами, использовались стандартные пакеты программы – Microsoft Excel. При оценке степени достоверности различий средних данных применялся t-критерий Стьюдента.

Результаты исследования и их обсуждение. В табл. 1 представлены математически обработанные результаты тестов САН и ШРЛТ при первой встрече. Опираясь на данные таблицы, можно утверждать, что все 3 показателя теста САН имеют статистическую значимость для зависимых выборок от показателя уровня тревожности (тест ШТ) для обеих групп исследованных (p≤0,01). Однако рецензенты с высокой тревожностью оценивали свое состояние лучше, чем рецензенты с низкой тревожностью: самочувствие – 4,2±0,7 и 5,8±0,6, активность – 4,8±1,1 и 5,3±0,5, настроение – 5,2±1,1 и 5,8±0,8, при показателях шкалы тревожности 14,42±2,8 и 23,33±2,2. Возможно, это вызвано легкостью заданий, что принесло студентам с повышенной тревожностью чувство облегчения в получении зачета и повысило их показатели на фоне положительных эмоций. Но при второй встрече и раскрытии всех деталей и условий ситуация изменилась, что приведено в табл. 2-5. Самочувствие группы с низкой тревожностью изменилось с 4,2±0,7 до 4,9±0,7 (p≤0,01), при этом самочувствие группы с высокой тревожностью понизилось с 5,8±0,6 до 4,9±0,9 (p≤0,01), в результате чего средние данные для обеих групп стали практически одинаковыми. Оценка активности показала аналогичную динамику результатов: 4,8±1,1 и 7,0±0,9 группы с низкой тревожностью (p≤0,01) при 5,3±0,5 и 4,4±0,7 (p≤0,01). При второй пробе показатель активности группы с низкой тревожностью стал выше, чем показатель активности группы с высокой тревожностью при первой пробе, – 7,0±0,9 и 5,3±0,5 соответственно, хотя до этого наблюдалось обратное. Это можно объяснить результатом психомоторной мобилизации студентов с лучшей эмоциональной устойчивостью. Тенденция изменения показателей настроения не отличается от вышеизложенного: 5,2±1,1 и 5,5±1,1 у группы с низкой тревожностью (p≤0.01) при показателях второй группы 5,8±0,8 и 5,3±1,3 (p≤0,01). Изменения настроения оказались наименьшими среди всех показателей теста САН. Все вышеописанные изменения показателя САН у обеих групп произошли при статистической значимости теста ШТ для независимых выборок при показателях 14,42±2,8 и 23,33±2,2 (p≤0,01). Так как зависимость показателей между тестами САН и ШТ была подтверждена после первого дня исследования, то после второй встречи нас в первую очередь интересовала наличие подобной зависимости между показателем ситуативной тревожности и САН, что и представлено в табл. 6. Уровень ситуативной тревожности у первой группы (с низким показателем ШТ) составил 26,5±6,03, при показателе 50,5±12,6 у второй группы (с высоким показателем ШТ). При этом уровень самочувствия стал схожим: у обеих групп – 4,9±0,7 и 4,9±0,9, как и уровень настроения – 5,5±1,1 и 5,3±1,3 (p≤0,01), но уровень активности у группы с низкой тревожностью стал заметно выше, чем у группы с высокой тревожностью, – 7,0±0,9 и 4,4±0,7 (p≤0,01). Общий рост показателей САН группы с низкой тревожностью объясняется эмоциональной устойчивостью испытуемых и их способностью к мобилизации организма. Более подробно это представлено в табл. 7-10.

Таблица 4. Настроение по методике САН

Таблица 5. Шкала тревожности Дж. Тейлора

Таблица 6. САН и ШРЛТ

Условные обозначения: критерии tC, tA, tH являются результатом сравнения показателей теста САН с СТ из теста ШРЛТ при p≤0,01 для всех случаев.

Таблица 7. Ситуативная тревожность по тесту ШРЛТ

Таблица 8. Личностная тревожность по тесту ШРЛТ

Таблица 9. СТ и ЛТ по тесту ШРЛТ

Таблица 10. Разница значений 2-й и 1-й проб теппинг-теста

Как видно из табл. 9, респонденты с низкой тревожностью продемонстрировали преобладание ЛТ (41,17±7,4) над СТ (26,5±6,03), а рецензенты с высокой тревожностью показали обратное: ЛТ (39,58±6,6) при СТ (50,5±12,6), p≤0,01, что является показателем эмоциональной устойчивости группы с низкой тревожностью. Опираясь на данные табл. 8, можно утверждать, что уровень личностной тревожности оценивался респондентами обеих групп примерно одинаково – 41,17±7,4 и 39,58±6,6, так как t-критерий Стьюдента оказался в зоне незначимости. Опираясь на это и учитывая результаты оценки ситуативной тревожности (см. табл. 7) и ШТ (см. табл. 5), мы предполагаем, что оценка уровня ЛТ стала схожей по причине стрессового воздействия, так как при сравнении ЛТ и СТ (см. табл. 9) была выявлена значимость статистических различий, то есть уровень личностной тревожности рецензентов оценивался ими исходя из состояний ситуативной тревожности на момент тестирования (p≤0,01).

Обе группы исследуемых показали положительный рост показателей ТТ без статистических различий: 14,58±10,8 точек у группы с низкой тревожностью и 13,75±6,8 точек у группы с высокой тревожностью. Результаты ТТ и динамика показателей САН позволяют сделать вывод, что ухудшение состояния спортсмена возможно без ухудшения его спортивных результатов, но скажется на качестве выступлений в будущем, при этом отсутствие ухудшений спортивного результата и даже его рост не являются гарантией сохранения спортивной формы. Следовательно, возникновения астенических состояний могут протекать скрыто, что доказывает необходимость дополнительных профилактических оценок состояний спортсменов и как способ профилактики возможно использование методик, направленных на развитие эмоциональной устойчивости.

Выводы

• Повышенный уровень ситуативной тревоги отрицательно влияет на самочувствие человека в целом, в то время как сохранение психологической устойчивости в стрессовой ситуации является фактором положительной оценки своего состояния. Повышенная тревожность может стать причиной травмы, в свою очередь, травмы являются еще одним патогенным фактором астении в результате чрезмерной ответной стресс-реакции организма. Также негативное воздействие вызывает фрустрация из-за временной потери спортивной работоспособности.
• Раскрытие фактора неопределенности (разницы показателей теппинг-теста) по-разному повлияло на исследуемых: одна часть из них почувствовала себя спокойнее и увереннее, в то время как другая ощущала ухудшение своего состояния, при этом рост показателей теста был примерно одинаковым. Следовательно, рост результатов не гарантирует сохранения здоровья и спортивной формы.
• Можно утверждать, что средний или повышенный уровень ситуативной тревожности по отношению к личностной тревожности в пределах нормы является важным фактором мобилизации как следствие эмоционального возбуждения, вызванного стрессом.
• Для профилактики астенических состояний у спортсменов следует развивать психоэмоциональную устойчивость, которая подразумевает не только противодействие внутренним или внешним воздействиям, но и умение достигать состояния боевой готовности перед стартом, а также снижение эмоционального возбуждения по окончании соревнований. Как видно из результатов нашего исследования, рецензенты, чей уровень ситуационной тревожности оказался ниже личностной, оценивали свое состояние лучше, чем исследуемые с повышенной тревожностью. Для разработки методики профилактики развития астении требуется более детальное рассмотрение проблемы и дальнейшие исследования.

Литература

1. Волков И.П. Практикум по спортивной психологии / И.П. Волков. – СПб.: Питер, 2002. – 288 с.
2. Головина Л.Л. Проблема травматизма в общеобразовательной школе / Л.Л. Головина, Е.В. Романина, Ю.А. Копылов // Матер. Междунар. науч.-практ. конф. «Рудиковские чтения»: труды участников. – Ростов н/Дон: ИПО ПИ ЮФУ, 2008. – С. 78–80.
3. Давиденко Д.Н. Проблема резервов адаптации организма спортсмена / Д.Н. Давиденко // «Ученые записки»: Изд-во Национального государственного университета физической культуры, спорта и здоровья им. П.Ф. Лесгафта. – СПб., 2005. – Вып. № 18. – С. 15–25.
4. Костов Ф.Ф.Мотивация достижения успеха и чувство тревоги у бегунов на средние дистанции на этапе углубленной специализации/ Ф.Ф. Костов, П.В. Родичкин // Двигательная активность и здоровье учащейся молодежи: Сб. матер. науч.-практ. конф. «Герценовские чтения» / Под общ. ред. Г.Н. Пономарева, Р.М. Кадырова. – СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2014. – С. 49–52
5. Маркелов В.В. Пермские симпозиумы «Психический стресс в спорте» / В.В. Маркелов, Б.А. Вяткин // «Спортивный психолог» – М., 2010 – Вып. № 1. – С. 91–96.
6. Седунова Н.В. Диагностика психических состояний на начальном этапе отбора в волейболе / Н.В. Седунова // «Физическое воспитание студентов»: Изд-во Красноярского государственного университета. – Красноярск, 2002. – Вып. № 8. – С. 30–35.